Тайм-аут
ДЕНЬГИ
СМУТНОГО ВРЕМЕНИ
Лжедмитрия I сменил на престоле Василий Шуйский, но правление его было недолгим. Начались народные волнения, объявился новый самозванец, а потом и вовсе престол занял сын польского короля… Смутное время привело русское денежное обращение к очередному кризису.
Новый выборный царь Василий Иванович Шуйский венчался на царство 1 июля 1606 года. С самого начала правления ему пришлось столкнуться с серьезными проблемами в сфере внутренней и внешней политики. Уже в июле начались народные волнения, которые к осени охватили всю южную часть страны и вылились в первую в русской истории крестьянскую войну, предводителем которой стал Иван Болотников.

К октябрю восставшие осадили Москву; крупное поражение правительственных войск в битве у села Троицкого, произошедшее 25 октября, еще более усугубило ситуацию. Осада длилась вплоть до 2 декабря 1606 года, когда на сторону Василия Шуйского перешел отряд рязанских дворян под предводительством Истомы Пашкова. Болотников вынужден был свернуть свой лагерь и отступить с оставшимися войсками к Калуге.
Четыре года – сотни кладов
Четырехлетнее царствование Василия Шуйского оставило сотни кладовых комплексов — больше, чем дошло до нас от любого другого правителя. Сложилась ситуация, характерная для смутных времен любой эпохи и для любой территории: государство стремилось насытить рынок средствами денежного обращения, а население активно тезаврировало полноценную монету, не давая ей поступить в свободный оборот. (Тезаврация, от греч. «сокровище» — изъятие драгоценных металлов, монет и банкнот из обращения с целью накопления. — Прим. ред.)
Несмотря на сложную внутриполитическую обстановку, ситуация в денежном обращении продолжала оставаться достаточно стабильной. Так как пути внешней торговли оставались свободными, а основные производственные области Русского государства не были затронуты крестьянской войной, в казну продолжало исправно поступать серебро, что давало возможность производить активную чеканку монет.

Монетные клады, сокрытые в ­1606−1607 годах, показывают, что денежная масса, находившаяся в обороте, серьезно возросла. Исследователи связывают этот факт с увеличением количества служилых людей «по прибору» — бывших крестьян и горожан, становившихся в ряды и правительственных, и антиправительственных войск и получавших за службу денежное жалованье.

Разумеется, в непростой обстановке того времени служилый люд стремился спрятать полученные деньги «до лучших времен». Однако очень многие не смогли в дальнейшем воспользоваться своими сбережениями.
Репродукция картины «Изгнание поляков из Кремля» (1612) работы художника Эрнста Лисснера. Музей истории и реконструкции Москвы
В изоляции от Запада

Осенью 1607 года московское правительство столкнулось с еще более серьезной угрозой: на западных рубежах объявился новый самозванец — якобы вновь спасшийся «царевич Дмитрий», известный под именем Лжедмитрия II, или Тушинского вора. При прямой поддержке польской стороны он соединился с остатками армии Ивана Болотникова и начал поход на Москву. В июле 1608 года, после разгрома войск Шуйского, самозванец приблизился к столице и начал ее планомерную осаду, расположив свой главный лагерь в селе Тушине. Начало открытой польско-литовской интервенции открывает один из самых сложных этапов истории русского денежного обращения.
Золото в законе
В мае 1610 года был обнародован указ, согласно которому в обращение выпускались золотые копейки и денги; золотая копейка приравнивалась к десяти, а денга — к пяти серебряным копейкам. Возможно, данная эмиссия предназначалась для финансового обеспечения похода русских войск к Смоленску, осажденному польскими войсками.

Хотя чеканка золотых денег и копеек при Василии Шуйском продолжалась очень недолго, они успели оставить след среди памятников денежного обращения той эпохи. Например, в 1994 году в Москве, на Пятницкой улице, был найден клад, содержавший более 700 серебряных денег и копеек и 21 золотую денежку. Вероятно, сокровище принадлежало московскому стрельцу или жителю московского посада, только что получившему из казны новые непривычные монеты.
К концу лета 1608 года страна оказалась под властью двух противоборствующих правительств: Василия Шуйского в Москве и Лжедмитрия II в Тушине. На сторону тушинцев, помимо южных областей государства, перешли крупнейшие торговые города, расположенные к северу от Москвы: Ростов, Ярославль, Кострома, Вологда, Переславль-Залесский и др. А 2 сентября самозванцу присягнул и Псков. Таким образом, Москва оказалась отрезанной от всех опорных пунктов западноевропейской торговли, а следовательно, почти полностью прекратился приток серебра, необходимого для чеканки монеты.
Копейка московская. Василий Шуйский. Фото: Валерий Жучков/russian-money.ru
Крайние меры

Поиски средств для государевой казны «становятся едва ли не главной заботой правительства Шуйского начиная с 1608 года». Необходимо было платить жалованье не только оставшемуся верным русскому войску, но и «немцам» (шведским наемникам, пришедшим на помощь Москве по договору с королем Швеции Карлом IX в начале 1609 года). Стараясь раздобыть сырье для денежного производства, Шуйский пошел на крайние меры. Литературные источники той эпохи сообщают, что он «не постыдился перелить в деньги… отобранные в соборах и святых монастырях по всем городам своего царства священные сосуды, которые даны были прежними царями и их родными на вечное поминовение в память их душ».

Несмотря на все усилия, объем московской чеканки неуклонно сокращался. И на рубеже 1607−1608 годов происходит первое понижение веса серебряной копейки — начало той практики, к которой впоследствии неоднократно обращались противоборствующие стороны. Правда, сначала копейка потеряла в своей «доброте» совсем немного — около 0,04 г на каждую монету. Однако, учитывая масштабы чеканки, даже такое небольшое уменьшение веса давало казне значительный доход.

Из-за недостатка серебра московское правительство пошло на беспрецедентный в русском денежном деле шаг: впервые в истории русской денежной системы золотые монеты официально были введены в обращение наряду с традиционными, серебряными деньгами (ранее они играли роль наградных знаков и «пожалований»).
Василий IV Шуйский. Миниатюра из «Царского титулярника», 1672 год
Новгород и Псков

Совершенно иная ситуация сложилась на северо-западе русского государства.

В Великий Новгород, остававшийся верным правительству Шуйского, в середине 1608 года был направлен М. В. Скопин-Шуйский для сбора войск против тушинцев и поляков.

Энергичному князю удалось наладить сбор средств для выплаты жалованья военным в Заволжье и Поморье. Причем часть этих средств, вероятно, прямиком попадала на Новгородский денежный двор. Кроме того, новгородское купечество в период Смуты продолжало активную торговлю с Северной Европой, в результате которой в Новгород поступало сырье для чеканки монет — ефимки. Нумизматические источники определенно указывают на то, что по крайней мере до начала 1609 года Новгородский денежный двор продолжал работать в полную силу, хотя позднее производство монет сократилось и здесь.
Золотая гривна. Василий Шуйский. Фото: russian money
В Пскове, который с осени 1608 года перешел на сторону Тушинского вора, собственная чеканка монеты продолжалась, то есть и здесь торговые связи с сырьевыми источниками в Европе продолжали действовать. Разумеется, псковские серебряные копейки того времени несли на себе имя Дмитрия Ивановича, а не Василия Шуйского. Для их изготовления применялись старые штемпели, изготовленные еще в период краткосрочного царствования Лжедмитрия I.

Любопытно, что чеканились эти монеты по иной, повышенной весовой норме, в противовес понижению веса копейки в Москве. По мнению специалистов, изучающих денежное обращение этого периода, такая политика в финансовой сфере была достаточно веским аргументом в пользу тушинского правительства. Однако в конце 1608 года из сферы влияния Лжедмитрия II начали выходить города Поволжья и Северной Руси. В самом Пскове постоянно происходили волнения и междоусобицы, полностью парализовавшие торговлю и, как следствие, приток серебра на денежный двор, который полностью прекратил свою работу в 1609 году.
Ян Матейко. «Царь Шуйский в Сейме в Варшаве». 1892 год
Под властью поляков

17 июля 1610 года в Москве начался мятеж, в результате которого Василий Шуйский был свергнут и насильно пострижен в монахи, а власть перешла в руки Боярской думы, прозванной в народе Семибоярщиной. Первоначально планировалось созвать Земский собор для выбора нового царя, однако выборы не состоялись: у ворот Москвы стояли два войска — Лжедмитрия II и польского царя Сигизмунда. В условиях кризиса власти дума приняла решение пригласить на царский престол сына польского короля Владислава Сигизмундовича. Уже в сентябре 1610 года Москва присягнула Владиславу, польские войска вошли в город и надежно укрепились в Кремле и Китай-городе.

Сразу же началась чеканка монет с именем Владислава, причем она производилась не только на Московском, но и на Новгородском денежных дворах. Правда, в Новгороде власть польского королевича продержалась совсем недолго: в сентябре 1610 года новгородцев привели к присяге новому царю, а уже в январе 1611 года жители Великого Новгорода восстали и установили самоуправление по образцу Пскова. Поэтому новгородские копейки с именем Владислава — большая редкость.

При Владиславе понижение веса копейки продолжилось: если в начале его правления она весила около 0,66 г, то к концу этого эфемерного царствования средний вес монет понизился до 0,47 г, то есть уменьшился на треть. Разумеется, полякам, захватившим контроль над денежным производством, важно было получить сиюминутную прибыль от чеканки монеты, а вопросы стабилизации денежного обращения их волновали в последнюю очередь.
А.М. Васнецов. «Базар. XVII век». 1903 год
В поисках выхода

Таким образом, к началу 1612 года единого денежного рынка на территории русского государства уже не было, как, собственно, не было и единого государства. В различных регионах, контролируемых сменяющими друг друга властями, обращались лишь те новые монеты, которые чеканились на местах, то есть отчетливо выделилось несколько ареалов денежного обращения, в большей или меньшей степени насыщенных монетой не только разного вида, но и разного веса.

Из катастрофического положения, в котором оказались русские финансы к концу правления Владислава, необходимо было искать выход. Эта задача встала перед руководителями национально-освободительного движения — Земского ополчения, которое в конечном счете возвело на царский престол Михаила Федоровича Романова.

Источник: «История денежного обращения России» в двух томах.