Дмитрий Носков:
«Главное — найти то, от чего твое сердце замирает»

Дмитрий, почитали вашу биографию — впечатляет! Достойно, красиво, насыщенно. А что за кадром? Как проходит ваш обычный день?

Признаюсь: это только кажется, что дни артиста наполнены сплошь яркими эмоциями. Большая часть будничной жизни — это рутинная работа. Написание песен, планирование концертов, переговоры с директорами площадок, подготовка партитур, и лишь пятая часть — эмоциональная составляющая, которая дает необходимую подпитку к концерту. Большое счастье, если остается время еще и на решение каких-то бытовых задач вроде ремонта или просто на отдых с семьей.

Что именно вас притягивает в образе и музыке гениального Фрэнка и как удается не раствориться в чужом образе, сохранив свое «я»?

Отличный вопрос. За последние 15 лет наиплотнейшего «общения» с его наследием я уже воспринимаю его как родственника. Когда начал более детально знакомиться с его музыкой и биографией, сразу обнаружил определенное сходство Фрэнка с моим папой. Чисто по темпераменту, по степени пробиваемости, по отношению к жизни. Да и со мной у мэтра ряд совпадений, которые сложно назвать случайными. Синатру однажды выгнали из школы, то же произошло и у меня. Как тут не поверить в судьбу? (Смеется.) Если же говорить про музыку, то вкус и эрудиция, которыми обладал Фрэнк, абсолютно завораживают меня. Да, он исполнял, по сути, те же песни, что и его современники. Но его подход к аранжировкам, выбору материала безупречен. Фрэнк страстно любил классическую музыку, в том числе российских композиторов, и всячески призывал аранжировщиков, которые работали с ним, интегрировать ее в музыкальную ткань произведений. То тут, то там вы с легкостью услышите и нотки Сергея Рахманинова, и секвенции Петра Чайковского. А кое-где немного Клода Дебюсси и Мориса Равеля.

Одним словом, я с уверенностью могу сказать: Фрэнк оставил свой след в классической музыке. А что касается своего «я», парадоксально, но я не могу раствориться в образе Синатры, потому что Фрэнк — это часть меня. Естественная часть, а не притянутая в мою жизнь случайно.

Что для вас сложнее — проживать роль Синатры на сцене в спектакле или писать музыку, которая заставляет зрителей сопереживать?

Не нужно это сравнивать. Для меня не сложно ни то ни другое. Ко всему вышеперечисленному я пришел самостоятельно и абсолютно осознанно. А как может быть сложным то, что ты любишь всем сердцем?

Тогда о композиторской стезе: какой самый стильный, на ваш взгляд, саундтрек вы создали?

Непросто выделить какую-то одну работу. Каждая из них — как ребенок: ты искренне любишь всех своих детей. При работе над музыкой в кино невольно пытаешься придать общему звучанию свой стиль. Как правило, он продиктован самим фильмом: жанром, манерой повествования, пожеланиями режиссера.

А как выглядит творческий диалог с режиссером при создании саундтрека — это больше физика или лирика? В ходу ли жаркие споры?

Это, конечно же, скорее разговор по душам. И однозначно про эмоции, ощущения, а не про математику и теорию. Главная задача кинокомпозитора — помочь режиссеру рассказать его историю, а не предъявить свой невероятный композиторский дар. Как мы внутри цеха любим говорить: если при просмотре фильма вы слышите музыку, это плохая музыка! (Смеется.)

А споры, конечно же, бывают, и действительно жаркие. Но в итоге побеждают творчество и умение слушать, а где-то даже доверять друг другу.

При этом вам легко удается переключаться на джазовую волну. Насколько, по-вашему, культура джаза развита в России?

В последние пару десятков лет она пребывает в абсолютном ренессансе. Количество профильных учреждений растет, принимая в свои стены все больше молодежи. И, как следствие, появляется множество талантливых музыкантов, у которых «глаз горит».  Повышается и интерес российской аудитории к джазу, причем в геометрической прогрессии. Видимо, людей немного пресытила массовая культура, которая атакует как с экранов телевизоров, так и в эфире радиостанций. И конечно же, наш локомотив, я бы даже без преувеличения сказал, президент российского джаза — Игорь Михайлович Бутман — делает для нас для всех просто невероятное. Количество фестивалей, проводимых фондом Игоря Бутмана, сложно подсчитать. Его вклад в популяризацию джаза невозможно оценить!

Легко ли музыканту сделать себе имя, занимаясь этим направлением музыки? Каковы основные препятствия на этом пути?

Конечно, джаз — нишевая музыка в наше время. Но ведь когда-то она была самой популярной! По сути, поп-музыкой. А насчет «легко», здесь все зависит от артиста, исполнителя, его амбиций и желания дать что-то этому миру. Препятствие может быть только одно — отсутствие мотивации и понимания своего предназначения. А в целом, я считаю, каждый в силах обрести свою аудиторию.

Насколько творческие гены вашей семьи, от дедушки-трубача до отца-портного, одевающего звезд, повлияли на ваш профессиональный путь?

Музыка в моей семье звучала всегда. И даже мама, которая была далека от творческих специальностей, очень ее любила и регулярно слушала. Я же с детства, слушая пластинки, кривлялся перед зеркалом, пытаясь изображать, что пою вместе с исполнителями. У нас дома было пианино, на котором с малых лет я пытался подбирать свои любимые мелодии. Однажды папа заметил это и предложил мне начать заниматься с преподавателем. Я согласился. Это и определило мою судьбу.

Несмотря на то что росли в благополучной семье, вы рано начали работать. Как так получилось?

Не могу сказать, что я работал из-за того, что семья нуждалась в деньгах. Папа зарабатывал очень хорошо. Я трудился потому, что мне хотелось быть самостоятельным и иметь свои карманные деньги. Поэтому начал трудовую деятельность лет в двенадцать. Это был компьютерный клуб, популярнейшее направление в конце 1980-х — начале 1990-х годов. Сначала стал самым постоянным посетителем, потом подружился со всем персоналом и постепенно начал помогать им. Это заметила руководительница клуба и в какой-то момент предложила мне работу. Сначала на полставки и в каникулы. А потом пошло-поехало — после клуба я работал и продавцом книг с лотка у метро, и охранником на складе, и оператором баз данных на ВДНХ, и почтальоном. И, пожалуй, главный урок, который я вынес из этого своего опыта, заключался в следующем: чем бы ты ни занимался, важно это делать на все 100%. Тогда будут и карьерный рост, и удовлетворение от процесса, и результат.

Сегодня вы востребованный аранжировщик. Посвященные знают, насколько это ценные специалисты, исполнители на вас молятся. Помните первые эксперименты?

Первые аранжировки я начал писать на компьютерах. В тех самых компьютерных клубах я познакомился с ребятами, которых в наше время назвали бы «гиками». Они были фанатиками. «Разоряли» своих родителей тем, что умоляли покупать модные в те времена «Атари» и «Синклеры». Учили языки программирования самостоятельно.

И так один из моих товарищей написал простенькую программку, в которой с помощью кода можно было создавать «музыку». Звучала она, конечно, странновато, но это было ужасно увлекательно. Потом появились IBM и похожие на них компьютеры. И там уже были профильные программы, где можно было писать четырехканальные треки — настоящая роскошь! Я специально устроился на ВДНХ оператором баз данных, чтобы иметь доступ к такому компьютеру. Утром оперативно выполнял обязательную работу и весь остальной день имел возможность заниматься музыкой.

А что заставило вас рискнуть и поменять уже налаженную карьеру аранжировщика на сольный вокал и «киношную» историю?

Сначала я трансформировался от аранжировщика до кинокомпозитора. Меня немного утомила однообразность работы. При этом за 10 лет я записал уйму песен, работал с очень известными исполнителями. Но, пожалуй, везде, за редким исключением, законы и механизмы звучания были приблизительно одинаковыми. Я же обожаю изучать что-то новое. И киномузыка показалась мне идеальным объектом обожания: от нее веяло разнообразием, в том числе жанровым. Правда, вскоре выяснилось, что и тут есть свои законы и ограничения. А вот на сцену выходить я совершенно не планировал. Так распорядилась судьба.

И правильно сделала! Поделитесь, есть ли у вас особый ритуал перед выходом на сцену или началом работы над фильмом?

День концерта — всегда особенный! Две чашки кофе утром, просмотр корреспонденции, отслеживание наполнения залов онлайн. Завтрак, обязательно ванна, там же я и распеваюсь. Так что мои соседи «ходят» на мои концерты бесплатно. Утюг: рубашка, костюм, галстук. Обязательно поспать в такси. Вот и весь ритуал. Иногда в день концерта наваливаются и встречи, и интервью, и записи на радио или телевидении, и появляется ощущение, что ты устал. И сил выходить на сцену будто бы уже нет. Но ты выходишь, слышишь первый аккорд, берешь первую ноту — и снова бодр, свеж и полон сил.

Есть ли любимый аксессуар, который всегда с вами?

Да, пожалуй, есть! Это мой винтажный микрофон Electrovoice RE-10. Ровно в такие же пел Фрэнк в 1960-е годы. Конкретно мой экземпляр «родился» в 1980 году, но сохранил «тот самый» звук, которым восхищаются многие из тех звукорежиссеров, с кем мне доводилось работать на площадках. А также перстень, который сделал мой друг-ювелир Александр Саакян. Это реплика одного из перстней Фрэнка Синатры, только с выгравированной на нем моей монограммой. Потом я подарил такой же перстень своему сыну Артуру.

Что посоветуете молодым людям, которым скучно в традиционной системе образования, ищущим свой путь?

Найти то, от чего твое сердце замирает, — то, что приносит тебе счастье и удовольствие. А вот потом уже учиться этому усердно. Главное — чтобы не наоборот. Сейчас столько возможностей заниматься самостоятельно, что любому человеку доступны абсолютно любые знания. Любите страстно то, что делаете, или не делайте этого вовсе, не тратьте время!

Как вам удается находить баланс между сценой и ролью мужа и отца, как семейные традиции помогают в этом?

Быть одновременно хорошим артистом и хорошим отцом не всегда удается. Но я стараюсь. Старший сын Артур вырос, ему уже 26 лет, и теперь он постоянно со мной, потому что стал моим директором. А вот с дочкой Дианой мы периодически делаем вылазки то в Центральный детский магазин, то в парк «Остров мечты», а если выбираемся вместе в Адлер, то обязательно идем в парк аттракционов, VR. И вообще, она у нас помешана на праздниках, на подготовке к ним. Начинает это делать сильно заранее. Например, к Новому году готовится уже в сентябре. Она главный хранитель семейных традиций. А вообще, мы постоянно собираемся всей семьей, по поводу и без, с моими двоюродными сестрами и братьями. Обожаю такие вечера!

Ваши дети унаследовали фамильные таланты?

Сын пытался учиться на фортепиано и скрипке в детстве, а теперь спокойно справляется с нотными редакторами и регулярно помогает мне переносить партитуры с бумаги в компьютерный формат. Дочка несколько лет ходила в музыкальную школу, при этом самостоятельно научилась играть на укулеле, пишет свои песни, стихи. Естественно, гены никуда не спрячешь. Сейчас она мечтает о карьере актрисы. Начала заниматься в школьном театре.

О насущном: приносят ли выступления и релизы необходимый доход или музыка, особенно джаз, — это скорее для удовольствия?

В самом начале, когда я только начинал петь, я даже не рассчитывал на какой-то доход. Наоборот, вкладывал деньги, которые зарабатывал на кино, в джаз. Но со временем исполнительство стало серьезной статьей моих доходов. И сегодня они составляют, пожалуй, 60% от всего моего заработка.

Конечно же, концертная деятельность требует и больших расходов. Это и костюмы, и производство нового материала. Я уже молчу про запись альбомов и синглов. Как идеалист, я не могу позволить, чтобы в моих записях звучали электронные инструменты. Поэтому весь свой выигрыш в шоу «Ярче звезд» я потратил на звукозапись. Ну и добавил еще — из своих сбережений.

У нас финансовое издание, поэтому традиционный вопрос: как вы относитесь к деньгам — предпочитаете копить, инвестировать или тратить?

Я не разбираюсь в инвестировании. Возможно, это вопрос времени. Тем более что инвестировать пока нечего. Но со всех доходов я откладываю 20% на отдельный счет, и он уже не раз меня выручал.

Что бы вы пожелали нашим читателям?

Как можно больше положительных эмоций! Поговорка «Все болезни от нервов» — не пустые слова. Радуйтесь сами, радуйте своих близких, занимайтесь любимым делом — и жизнь заиграет новыми красками. Не бойтесь пробовать новое, если чувствуете, что это согревает вам душу. Будьте счастливы!

А себе?

Сил и возможности оставить после себя очень много хорошей музыки, которая навсегда поселится в сердцах людей!